Когда изменяют тебе — это однократная проблема, по поводу которой можно принять конкретные меры. Когда изменяют тебя — это каждодневная нервотрепка, бороться с которой так же сложно, как со стихийным бедствием. Лавина мелочей постепенно погребает под собой чувства, оставляя ощущение, что помимо этих мелочей в ваших отношениях никогда ничего и не было.
Не кури в комнате...Почему? Я курил в этой комнате все десять лет до твоего появления. И заметь, то, что это вредно для твоего здоровья, еще не доказано, а вот для моего однозначно вредно курить на балконе — там холодно и дует, и, рано или поздно, я слягу с воспалением легких. Я готов на жертвы! Если от моей сигареты, как ты уверяешь, начнется пожар, я готов героически вынести тебя из пламени на руках. Подумай, не стоит ли эта впечатляющая сцена какого-то жалкого облачка дыма под потолком!
Ты так невнимателен, что даже не заметил мою новую прическу...Я сказал, что ты замечательно выглядишь! А прическу я, как раз, заметил — мне просто неловко было как-то комментировать тот кошмар, который твой стилист называет последним криком моды. Хотя я готов допустить, что он прав — увидев это мода могла разве что кричать от ужаса.
Ты не любишь животных...Я их обожаю! Милых, аккуратных животных, имеющих чувство собственного достоинства и не бросающихся на колени к первому встречному! Но только не твою ужасную собачонку, облизывающую лицо, оставляющую шерсть на брюках, грызущую вещи и лезущую мне в тарелку под поощрительные замечания твоей семьи: «Ах, какая все-таки умная собачка, она тоже хочет есть за столом!».
Ты проводишь столько времени с друзьями, как будто они тебе дороже меня...Ну как тебе сказать... Кое-кто действительно дороже. Женька, с которым мы не разлей вода еще, кажется, с детского сада. И Вадик, исчезаюший бесследно, возникающий неожиданно и с загадочным видом рассказывающий безумные, захватывающие, совершенно неправдоподобные истории о своих подвигах — ну что значит врет, зато как врет — заслушаешься! И Витек, с которым вечно дрались, а попавшись — выгораживали друг друга отчаянно, и курили тайком — кстати, как раз на этом балконе, вот до чего ты меня довела! — а когда его первая любовь вышла замуж, всю ночь говорили за жизнь и так по этому поводу напились, что провалили экзамен по специальности. И ради чего я должен каждый раз бросать их и бежать к тебе по первому свистку? Ради того, чтобы выслушать очередную порцию критических замечаний?
Ты мог бы не уделять столько внимания своим подругам, когда рядом я...А что, когда рядом ты, я должен забывать об элементарной вежливости и демонстративно отворачиваться от всех представительниц слабого пола? Ах, они, вдобавок, все как одна ведут себя вызывающе, звонят не вовремя, вешаются мне на шею и вообще стервы... И разумеется, они тебе назло задерживаются на вечеринках, чтобы мне пришлось подвозить их до дому. Хотя мы с Аней, к примеру, еще задолго до того как у меня появилась машина, всегда возвращались домой вместе, просто потому — и это, конечно, тоже только для того, чтобы досадить тебе — живем в одном дворе.
В конце концов, если я настолько плох, что меня необходимо поминутно одергивать — зачем ты вообще со мной связалась? Нашла бы внимательного, доброго, танцующего на задних лапках воруг тебя, твоей собаки и твоей мамы, без вредных привычек, друзей и какой-либо личной жизни, не включающей тебя. Одним словом — ты можешь завести еще одного пса. А я — кот, гуляющий сам по себе. Дрессировке не поддаюсь...
